Ислам в Украине - Константинополь

Тайны Айя-Софии. Часть первая

О. Степанченко — Mon, 14 Sep 2020 14:20:45 +0000

Одним из самых древних и больших храмов, построенных человеком, является Айя-София в Стамбуле. Его история невероятно интересна и поучительна как для христиан, так и для мусульман. За время своего существования храм неоднократно менял статус, успев за полторы тысячи лет побыть православной и католической святыней, мусульманской мечетью и всемирно известным музеем. При его строительстве использовались архитектурные элементы и фрагменты украшений языческих храмов, в том числе являвшегося одним из «чудес света» — храма Артемиды Эфесской.

Когда римский император Константин I Великий (272–337) в 330 году перенес свою столицу в Новый Рим — Константинополь, он озаботился не только строительством дворцов и крепостных стен, но и возведением храмов для приверженцев новой религии империи — христианства. Первая христианская церковь появилась на рыночной площади Августеон. Строительство первого храма на месте Софии относят к периоду правления сына Константина — императора Констанция II. Историк Сократ Схоластик так описал закладку сооружения:

«По возведении Евдоксия на епископский престол столицы, освящена была великая церковь, известная под именем Софии, что случилось в десятое консульство Констанция и третье кесаря Юлиана, в пятнадцатый день месяца февраля».

Вскоре после возведения и вплоть до 380 года храм находился в руках ариан, поскольку арианство стало самым масовым течением и государственной версией христианства при преемниках Константина Великого.

Изначально крыша храма была из дерева, и он дважды горел — в 404 и в 415 годах. Особенно сильным был пожар 415 года. Император Феодосий приказал восстановить и перестроить храм, что и было сделано. Остатки базилики Феодосия были найдены археологами в ходе раскопок в 1936 году. Здание представляло собой сооружение в ранневизантийском стиле, украшенное по фасаду многочисленными колоннами с коринфскими капителями.

В 532 году очередной пожар почти полностью уничтожил базилику Феодосия. Это случилось в период правления одного из самых могущественных и влиятельных правителей молодого Византийского государства — императора Юстиниана I. Император принял решение не восстанавливать сгоревший храм. Вместо этого он приказал возвести собор колоссальных размеров, который бы соответствовал значению величайшего европейского государства раннего средневековья.

Для намеченных работ были приглашены ведущие архитекторы империи — Анфимий Траллский и Исидор Милетский. Оба архитектора были известны и как выдающиеся математики. Анфимий, еще до того как приступил к сооружению собора, написал трактат о конических сечениях, ставший своего рода математическим фундаментом перед реализацией грандиозного проекта. Что касается Исидора, то он считается изобретателем инструмента для непрерывного черчения параболы.

Уже спустя 40 дней после пожара начались строительные работы. Новый храм значительно превышал по размерам сгоревшую базилику. Император Юстиниан I выкупил соседние земельные участки — это позволило в полной мере реализовать проект Анфимия и Исидора. На строительстве Собора Святой Софии было задействовано около 10 тысяч человек. Сейчас это кажется невероятным, но все работы были закончены всего за пять лет, в 537 году. Для сравнения: готические соборы в Западной Европе строили, как правило, столетиями.

Для ускорения и удешевления работ император приказал разбирать культовые языческие постройки и свозить уже готовые строительные элементы в Константинополь. Рассказывают, что знаменитые порфировые колонны привезли из самого Рима, используя для этого специальные грузовые суда. Согласно другой версии, их доставили из Ливана. Несмотря на все ухищрения, стоимость работ была непомерной даже для такого богатого государства, как тогдашняя Византия. Известно, что на сооружение собора Юстиниан I потратил три годовых бюджета империи.

Глубина котлована собора составила 70 метров. Существует легенда, что дно котлована устлано золотыми и серебряными изделиями. Сделано это было на случай разрушения здания, чтобы его можно было в случае очередного катаклизма быстро восстановить. Вероятно, это всего лишь красивая легенда. В реальности под Софией находятся туннели и резервуары с водой.

Много лет изучением древних катакомб под храмом занимался турецкий исследователь Г. Гюленсой. Вместе со своей командой он неоднократно спускался в подземелья. Благодаря его работе, удалось выяснить, что под зданием есть гигантская цистерна с водой. Глубина этой цистерны — 12 метров. Кроме того, были обнаружены подземные склепы. Любопытно, что один из подземных коридоров, исследованных экспедицией Гюленсоя, вел во внутренний двор султанского дворца Топкапы.

Новый храм Константинополя стал патриаршим собором православной церкви. Своим размером, величием и красотой он потрясал всех, кто его видел. Историк Прокопий Кесарийский так описывал свои впечатления от Айя-София:

«Этот храм представлял чудесное зрелище: для смотревших на него он казался исключительным, для слышавших о нем — совершенно невероятным. В высоту он поднимается как будто до неба, и, как корабль на высоких волнах моря, он выделяется среди других строений, как бы склоняясь над остальным городом; украшая его как составная его часть, сам украшается им, так как, будучи его частью и входя в его состав, он настолько выдается над ним, что с него можно видеть весь город, как на ладони».

В 1204 году участники Четвертого крестового похода в результате внезапной атаки захватили Константинополь. Они не только разорили огромный город, но и разграбили собор, ворвавшись в него. Все наиболее значимые ценности были похищены и вывезены в европейские государства. Инициатором захвата города был коварный и кровожадный венецианский дож Энрико Дандоло, мечтавший уничтожить византийцев — своих конкурентов по средиземноморской торговле. 13 апреля 1204 года город пал, а спустя год скончался и Дандоло. Его тело было похоронено в Айя-Софии. Любопытно, что в 1453 году покоритель Византии султан Мехмет Фатих II приказал вышвырнуть останки нечестивого дожа из мечети.

После захвата Константинополя, крестоносцы превратили Софийский собор в католический храм — главный в Латинской империи, возникшей вместо Византии. Но долго удержаться им не удалось: менее чем через 60 лет греки восстановили Византийскую империю. После чудовищных разрушений, совершенных крестоносцами, Константинополь превратился в относительно небольшой и небогатый город, а сама империя резко уменьшилась в размерах. К началу XIV века византийцев серьезно теснили османы в Анатолии, болгары и сербы на Балканах, генуэзцы и венецианцы на морях.

Александр Степанченко

14.09.2020

Оцените статью:

Теги:

Ая-София

Александр Степанченко

Константинополь

Стамбул

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии

Провал операции «Константинополь»

О. Степанченко — Tue, 28 Apr 2020 20:16:38 +0000

В 1853 году исполнилось 400 лет со дня взятия османскими войсками столицы Византийской империи, Константинополя. Об этой дате хорошо помнили не только на берегах Босфора, но и в России. К началу 1853 года, османско-российские отношения резко обострились. Формальной причиной был вопрос притеснений православного населения Османской империи со стороны султанских властей. Реальным же поводом к началу войны было стремление России установить контроль над Кавказом и черноморскими проливами.

Уже во время русско-турецкой войны 1768–1774 года императрица Екатерина II вынашивала планы полного уничтожения Османской империи. Согласно этим планам, Константинополь должен был стать опорным пунктом России на границе Европы и Азии. Несмотря на успешные военные кампании, русской армии ни разу не удалось взять османскую столицу.

Во время русско-турецкой войны 1828–1829 года царская армия подошла прямо к стенам Стамбула, но к этому моменту ее потери были настолько огромными, что военное командование предпочло отказаться от планов штурма города, дабы окончательно не погубить оставшиеся войска. Именно в это время в Санкт-Петербурге и стали появляться проекты по захвату города силами морского десанта.

В 1831 году в Османской империи началась война между войсками египетского паши Мухаммеда Али и правительственной армией султана Махмуда II. Организованная по европейскому образцу египетская армия без труда разбила османов и захватила большую часть империи, угрожая захватом Стамбула. Такая ситуация не устраивала европейские державы и в первую очередь Россию, которая видела в Мухаммеде Али более серьезного противника, чем Махмуд II.

Оказавшись в безвыходной ситуации, турецкий султан согласился на военную помощь России. Также султана поддерживала и Англия. В феврале 1833 года к берегам Босфора подошел русский флот. На его кораблях был 30-тысячный десант, готовый в любой момент выступить против армии Мухаммеда Али. В планы египетского паши не входила война с европейскими государствами, поэтому он согласился отвести свои войска в Сирию.

Оказавшись в турецкой столице, русские офицеры имели возможность изучить систему укреплений Стамбула и пришли к выводу, что город плохо защищен для возможной атаки как со стороны суши, так и со стороны моря. Османская армия после серии тяжелых поражений в двух военных столкновениях с Египтом пребывала не в самом лучшем состоянии. Кроме того, экономика государства переживала кризис. Учитывая все эти факторы, в военном министерстве Российской империи стал готовиться план морского десанта против столицы Османской империи.

Активной разработкой плана, начиная с 1835 года, занимались генерал-лейтенант Н. Муравьев и начальник Черноморского флота вице-адмирал М. Лазарев. Согласно сохранившейся в архиве переписке, по запросу Муравьева Лазарев подготовил подробную информацию о кораблях Черноморского флота, способных осуществить десантную операцию к берегам Босфора. По информации М. Лазарева, Россия располагала в Черном море 43 кораблями общим водоизмещением в 6880 тонн, которые были способны взять на борт свыше 15 тысяч солдат.

В пояснительной записке к реестру кораблей М. Лазарев докладывал: «В список сей не вошли суда, находящиеся в Абхазской экспедиции и при миссиях константинопольской и греческой; равно сделаны особые замечания о судах, коим производятся исправления с означением времени, к которому они изготовлены быть могут, остальные же засим суда во всякое время по первому требованию будут вооружены и к принятию десанта изготовлены».

Намеченные в Санкт-Петербурге планы по десантированию войск в район Стамбула в то время реализованы не были в силу неблагоприятной для России международной обстановки. Однако они не были забыты. Позднее, в переписку с вице-адмиралом М. Лазаревым вступил князь А. Меншиков — доверенное лицо царя Николая I. Он интересовался практическими аспектами реализации плана захвата Стамбула морским десантом.

В 1838 году на фоне сближения Османской империи с Англией проект десанта на Босфор впервые был переведен в практическую плоскость. 13 июля 1838 года А. Меншиков сообщил императору Николаю I о степени готовности Черноморского флота к десантированию: «Флот Черноморский в настоящем его положении и, соображаясь со строевым наличием полков в трехбатальонном составе, может амбаркировать (погрузить на корабли) одну дивизию без лошадей и обоза, для которых потребуются коммерческие суда, и, следовательно, для двух дивизий нужны будут два рейса».

На донесение Меншикова царь ответил: «Действия наши должны быть скоры и решительны, то есть занять Босфор, может быть, и Дарданеллы — для того перевести сколько можно более войска».

В это время в Крым и Одессу стали прибывать войска для посадки на корабли, которые уже находились на рейде. Однако в последний момент Николай I, по-видимому, из опасения возможного конфликта с Англией и Францией, дал указание свернуть начатые работы и вернуть войска в места постоянной дислокации.

В следующие годы Россия еще несколько раз возвращалась к планам отправки войск на Босфор, но каждый раз для их реализации не хватало политической воли. Между тем экономическое и политическое влияние Англии и Франции в ближневосточном регионе непрерывно возрастало. Отсталая крепостническая Россия была уже неспособна сдерживать европейские державы, искавшие новые рынки сбыта для своих товаров. Пытаясь хоть как-то исправить ситуацию, русское правительство стало искать повод для обострения отношений с турками.

В феврале 1853 года по личному распоряжению царя Николая I в Стамбул отправился посол, князь А. Меншиков. Он привез требования правительства России о протекции над христианским населением Османской империи, что на практике означало превращение Турции в зависимое от Санкт-Петербурга государство. Султан Абдул-Меджид I, заручившись поддержкой Англии и Франции, отверг притязания России.

Вопрос десантной операции для захвата османской столицы вновь возник накануне войны. Николай I был убежден, что все пройдет гладко. Для операции выделялось две эскадры Черноморского флота, одна из которых должна была взять на борт 14-ю пехотную дивизию, усиленную одним батальоном и ротой казаков, в Одессе. Вторая эскадра должна была принять десант в составе 13-й пехотной дивизии. Обе эскадры должны были соединится на подходе к Босфору. Осознавая, что для захвата Стамбула двух дивизий может не хватить, Николай I планировал отправить в направлении турецкой столицы стотысячную сухопутную армию.

Посольство А. Меншикова выполняло помимо дипломатической еще и разведывательную миссию. Осмотр укреплений города и его окрестностей разведчиками привел к неутешительным выводам: по сравнению с предыдущими годами столица Османской империи гораздо лучше подготовлена, особенно сильными были береговые батареи. В отчете, подготовленном для царя офицерами Черноморского флота, предлагалось отказаться от прямой атаки на Стамбул. Вместо этого было предложено высадить морские десанты в портах Варна и Бургас и уже оттуда действовать против Стамбула.

В этот момент в обсуждение плана военных действий вмешался фельдмаршал И. Паскевич, заявивший, что численности войск, которые планировалось высадить в Варне и Бургасе явно недостаточно для наступления на турецкую столицу, поэтому стоит вообще отказаться от идеи морских десантов. Вместо этого, по мнению Паскевича, стоило лишь провести оккупацию Валахии и Молдавии, с тем, чтобы сделать султанское правительство более сговорчивым на будущих мирных переговорах. С этим мнением согласился и Николай I. Таким образом, идея морского десанта в очередной раз была похоронена в недрах петербургских кабинетов.

Дальше события разворачивались стремительно: в ноябре 1853 года русский флот под командованием адмирала П. Нахимова неожиданно атаковал в Синопе турецкую военную эскадру Османа-паши и уничтожил ее. Однако это было последним серьезным успехом России в начавшейся Крымской войне. В июне 1854 года англо-франко-турецкая армия высадилась в Крыму, недалеко от Севастополя — главной базы Черноморского флота.

Эта операция продемонстрировала не только реальность десантирования крупных воинских формирований на большие расстояния, но и успешное выполнение ими поставленных задач. В ходе серии сражений русская армия была разгромлена, Черноморский флот затоплен, а Севастополь захвачен войсками союзников. Нерешительность правительства, слабость военного командования, техническая отсталость привели к военному поражению и на долгое время лишили Россию возможности иметь военный флот на Черном море.

Александр Степанченко

28.04.2020

Оцените статью:

Теги:

Константинополь

история мусульман Украины

Османская империя

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии

Флот Османской империи. Часть первая

О. Степанченко — Tue, 02 Oct 2018 04:41:05 +0000

В средние века транспортное сообщение между государствами представляло серьезную проблему. Большинство правителей не видели необходимости в строительстве дорог и поддержании тесных контактов между странами, а бесконечные войны мешали торговле и экономическому развитию в целом. Наиболее эффективным и относительно безопасным способом доставки товаров в те времена была их транспортировка морским путем.

Как правило, товары грузили на корабли, которые плыли вдоль берега и при этом могли преодолевать достаточно большие расстояния. Однако и на море купцов порой поджидали серьезные неприятности в виде пиратов, которые грабили одиночные корабли. Именно поэтому еще в раннем средневековье в Италии для защиты морских коммуникаций стали строить военные флоты.

Османская империя на заре своего существования не имела флота. Лишь после того, как в середине XIV в. турки переправили свои войска в Европу, правители молодого мусульманского государства осознали необходимость создания сильных морских сил.

В это время на Средиземном море господствовали корабли итальянских республик Венеции и Генуи. Эти государства держали под своим контролем всю морскую торговлю в Восточном Средиземноморье и на Черном море, включая Крым. Помимо этого, итальянцы обладали мощными военно-морскими эскадрами, которые защищали их экономические интересы в регионе.

Чтобы на равных бороться с европейскими государствами, Османской империи был нужен большой и современный флот. Особое значение его существование приобрело в период борьбы за Константинополь (1453 г.). Султан Мехмед II для осады города с моря построил эскадру, которая насчитывала более сотни боевых кораблей. Эта флотилия контролировала пролив Босфор, но вход в стратегически важный залив Золотой Рог преграждала установленная византийцами огромная цепь.

По приказу Мехмеда II османская армия через Галатский холм, по суше, смогла перетащить 70 кораблей, спустив их на воду уже в заливе Золотой Рог. Тем самым византийцы были поставлены в крайне тяжелое положение. Спустя месяц Константинополь пал, а турки приобрели огромный торговый порт и сильную военно-морскую базу.

Помимо этого, османское правительство смогло наладить на судоверфях бывшей византийской столицы строительство новых кораблей. Значительную роль в этом сыграли мусульмане-корабелы из Андалузии, которые бежали от наступавшей испанской армии. Они передали туркам новые технологии судостроения, позволившие Османской империи захватить господство в Средиземном и Черном морях.

В 1475 году турецкая эскадра под командованием Гедик Ахмед-паши высадила десант в Крыму и за короткое время смогла овладеть большинством стратегических центров полуострова. Крымский хан Менгли Гирей был вынужден признать себя вассалом Османской империи. Со временем вся акватория Черного и Азовского морей стала внутренним морем османов и лишь быстроходные чайки запорожских казаков иногда нарушали турецкую гегемонию.

Новый османский флот очень быстро оказался вовлечен в войну с сильным соперником. В 1499 году при султане Баязиде II во время венециано-османской войны произошла битва при Зонкьо. Турецким флотом командовал знаменитый адмирал Кемаль-реис. Еще накануне войны стамбульские кораблестроители построили два огромных корабля, один из которых получил название Göke. Он стал флагманом военно-морских сил империи. Göke мог перевозить более 700 человек. Кроме того, на его борту были пушки, что было абсолютной новинкой в ту пору.

Сражение при Зонкьо произошло в Ионическом море. Османский флот насчитывал около 300 кораблей. Его основу составляли галеры и галиоты. У венецианцев было менее двух сотен кораблей, но итальянские моряки имели больший опыт ведения сражений на море. В ходе битвы венецианцам удалось взять на абордаж близнеца Göke, однако турецкий адмирал приказал поджечь корабль, в результате чего сгорело не только османское судно, но и две венецианских галеры.

Основной боевой единицей османского флота была галера. Средняя длина ее составляла 40–50 м, а ширина около 6 м. Галеры были известны еще во времена Древней Греции. К периоду позднего средневековья они претерпели существенные изменения. В первую очередь исчез таран, благодаря которому греческие корабли на скорости пробивали обшивку судна противника ниже ватерлинии. Вместо него средневековые корабелы устанавливали так называемый «клюв», который находился в надводном положении. Основной движущей силой галер, помимо парусов, были весла, количество которых колебалось от 50 до 120 штук на судно. Гребцами на галерах были, как правило, рабы, которых приковывали цепями к брусьям для упора ног.

При попутном ветре необходимости в использовании гребцов не было, однако во время маневрирования, а также во время боя именно мускульная сила придавала кораблю необходимую скорость. Большинство галер имели две мачты, но встречались также и с тремя мачтами. На кораблях также устанавливалось несколько пушек. Незначительное вооружение было обусловлено не только конструктивными особенностями судов, но также и тем, что во время морского сражения перед ними ставилась задача максимально быстро подойти к вражескому кораблю, взять его на абордаж и затем захватить абордажной командой.

В XVI ст. испанцы предприняли попытку модернизировать галеру. Так появился галеас. Это было по-настоящему огромное судно длиной до 80 м с высокими бортами и мощным артиллерийским вооружением. Галеас имел три мачты и свыше 500 гребцов. Общее же число членов команды этого морского гиганта могло доходить до 2000 человек. Количество пушек на галеасе нередко превышало 50 штук. Османский флот стал получать на вооружение галеасы в последней четверти XVI ст.

Галеасы были тяжелыми и крайне неповоротливыми кораблями, кроме того, их содержание обходилось государствам в очень значительные суммы. Именно поэтому турецкие инженеры спроектировали новый тип судна, которое получило название — шебек. Это был трехмачтовый корабль, обладавший серьезным артиллерийским вооружением и отличной мореходностью. При этом шебек продолжал оставаться гребным судном. В конце XVII в. он стал основным боевым кораблем Османской империи.

Однако время гребных судов постепенно уходило в прошлое. В Англии, Голландии и Испании в XVII ст. стали строить линейные корабли, которые совершили подлинную революцию в морском деле. С тех пор на морях стали побеждать страны, которые имели наиболее совершенные корабли.

02.10.2018

Оцените статью:

Теги:

Флот Османской империи

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии

Византийские историки о тюрках Золотой Орды и мамлюках Египта

О. Степанченко — Thu, 28 Jun 2018 16:47:09 +0000

XIII столетие было периодом глубокого упадка Византийской империи. В 1204 году столицу Византии, Константинополь, захватила армия крестоносцев. Западные варвары разграбили город, убив почти всех его защитников. Многие византийцы были вынуждены покинуть столицу, переселившись в Никею, которая почти на шесть десятилетий стала убежищем и центром борьбы с оккупантами.

В 1242 году в Никее родился один из самых известных византийских историков и философов Григорий Пахимер (1242 — 1310). Его работы по истории и в наше время представляют значительный интерес благодаря тому, что он старался писать о тех событиях, свидетелем которых был сам. При этом его кредом как историка было стремление как можно правдивее освещать то, что он видел.

Основной труд Григория Пахимера «История» является своего рода продолжением «Хроники» — работы его знаменитого учителя Георгия Акрополита. Пахимер являлся непосредственным свидетелем распада Монгольской империи и образования Золотой Орды и был хорошо осведомлен о взаимоотношениях беклярбека Ногая с Византией. Кроме того, в его работе значительное место отведено и возвышению Египетского султаната мамлюков и той роли, которую сыграли в этом возвышении тюрки Северного Причерноморья и Крыма.

Пахимер первым среди историков указал на то, как создавалась тюркская военно-политическая элита в Египте и каким образом жители нынешнего юга Украины оказались в этой африканской стране. Согласно византийскому историку, отличные воинские качества половцев-куманов были давно известны в Египте. Поэтому правители этого мусульманского государства охотно покупали их в качестве рабов, но не для того, чтобы использовать в сельском хозяйстве или как прислугу. Из тюрок формировались отряды воинов, которые отважно сражались, защищая Египетское государство. Со временем они заняли высокое положение во властных структурах султаната. А в 1260 году бывший раб, эмир Бейбарс, убил султана Кутуза и захватил власть в стране. Это событие принято считать началом долгого господства мамлюков над Египтом. В период правления Бейбарса сила и влияние тюрок непрерывно росли, что было связано с быстрым увеличением их численности в преимущественно арабской стране.

Вот как об этом писал Григорий Пахимер: «Египтяне и прежде высоко ценили скифское племя (так по древней традиции называли византийцы кочевников Северного Причерноморья), покупая в рабство людей из этого народа, в особенности набирая из них войско. Теперь же, когда скиф стал во главе верховной власти, скифское племя в особенности начало цениться в Египте как основа военной силы. А как скифские пленники не иначе могли быть доставлены, как путем вторжения в Черное море через пролив, то это возможно было лишь при согласии царя».

Под царем Пахимер имел в виду византийского императора. Египтяне, нуждавшиеся в постоянном пополнении своей армии надежными тюркскими воинами, обратились к императору Михаилу Палеологу с просьбой разрешить их судам свободный проход через проливы Дарданеллы и Босфор в Черное море. Целью египтян был Крым, где на невольничьих рынках можно было купить тюркских юношей.

Находившаяся с тяжелой военной и политической ситуации Византия была вынуждена согласиться на предложение султана Бейбарса. Но через некоторое время в Константинополе поняли, что идущие из Крыма корабли с рабами усиливают военную мощь Египта. Тем самым Византия собственными руками создавала себе грозного соперника в ближневосточном регионе. «Вследствие постоянного прилива с севера пленных и за деньги купленных юношей вырастала военная сила египтян, а с тем вместе увеличилась их смелость, что они начали выступать из определенных границ и позволяли себе нападать на соседей», — с горечью отмечал Пахимер.

Будучи патриотом своей страны и обладая широким кругозором, византийский историк позволил себе не просто указать на ошибки правительства, но и жестко критиковать его, что довольно редко встречается у его коллег-современников. «Египетский султан воспользовался в борьбе с христианами нашим неразумием, дурными расчетами, неосновательными планами и жадностью. Хотя напор монголов мы еще сдерживали, но это отнюдь не военными силами, но дружественными мерами, а то и рабскими ухищрениями, заключая родственные союзы и часто посылая подарки самого лучшего качества».

Говоря о родственных союзах, Пахимер имел в виду брачные договоры, заключенные византийским двором с ильханом Хулагу и некоронованным правителем Золотой Орды, хозяином Дунайского улуса Ногаем. По словам Григория Пахимера, татары «дружбой достигли таких выгод, какие едва ли бы могли приобрести случайностями войны». Стоит отметить, что здесь Пахимеру изменяет чувство реальности. Монгольское войско в описываемые историком времена находилось в периоде своей наивысшей силы. Византийцы несколько раз испытали эту силу на себе, и результат был для них весьма плачевный.

Другой византийский историк, живший несколько позже Пахимера, Никифор Григора, много внимания в своих работах уделял вопросу влияния климата на изменение физической природы людей. В своей «Истории ромеев» он отмечал ассимиляцию, происходившую в тюркско-монгольском конгломерате племен и народов. В этом вопросе он, вероятно, находился под влиянием арабских историков и путешественников. Современником Грирора был Шамсуддин ад-Димашки, который в конце XIII века посетил Крым и Дунайско-днепровское междуречье, оставив чрезвычайно интересные заметки об этом регионе и его населении.

В частности, он писал, что кыпчаки «занимают гористую местность по берегам Черного моря, владеют городом Судак. Море Судакское содействовало их известности, потому что купцы посещают его ради торговых целей, для продажи одежды и других вещей и для покупки девиц, рабов, бобровых мехов. Аллах переселил часть этого народа в Египет и Сирию. Это такая раса, которая подобна ангелам, находясь в подчинении, и похожа на дьяволов в борьбе».

По сведениям византийских историков, ежегодно в Александрию из Крыма доставлялось около 2 тыс. рабов. Дороже всех стоили татары — 140 дукатов, за черкесов, греков, албанцев и славян давали от 70 до 110 дукатов. Со временем большинство торговых операций между Крымом и Египтом стали осуществлять генуэзские и венецианские купцы.

Александр Степанченко

28.06.2018

Оцените статью:

Теги:

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии