На долю крымского татарина Решата Садреддинова выпало почти все: выйти живым из ада войны, дойти с советской армией до Берлина, а позже убедиться воочию, как власть, которая позвала его на передовую линию фронта, одновременно лишила Родины и обрекла на смерть его семью. Сегодня он снова живет на родной земле, но чувствует ли себя дома?

О крымском татарине, 93-летнем полковнике Решате Садреддинове пишет Крым. Реалии.

Сегодня 93-летний полковник Садреддинов говорит, что и представить себе не мог, что собственными глазами сможет увидеть подготовку к 70-й годовщине Победы. В двадцать лет его, парня, который мечтал быть учителем родного, крымскотатарского языка, в 1941-м году забрали в Севастопольское зенитно-артиллерийское училище, а за шесть месяцев подготовки новоиспеченных командиров отправили на фронт.

После одного из самых ожесточенных сражений Второй мировой на территории, известной как Курская дуга, из 74-х человек личного состава батареи под командованием Садреддинова в живых осталось 15 человек, которых удалось вывести из тыла врага. За проявленное мужество бойцов батареи представляют к боевым наградам. Наградили всех, кроме командира.

«Меня представили к Ордену Боевого Красного Знамени. И когда пришел ответ, все мои солдаты и офицеры получили награды, а для меня ничего нет. Я поинтересовался у начальника штаба полка, в чем дело. А он мне говорит: «Ваш наградной лист не одобрен фронтом. Разве вы не знаете, что всех крымских татар в мае выслали из Крыма?» Только тогда я узнал, что крымских татар депортировали», — рассказывает ветеран войны, 93-летний полковник Садреддинов.

После капитуляции Германии подразделения, в которых находился Садреддинов, перебросили в Австрию. Тогда и удалось получить освобождение, чтобы поехать домой, в Симферополь. То, что он увидел там, поразило: нигде нет ни одного крымского татарина. Сгоряча он направился в здание НКВД, одетый в форму, с орденами, медалями, с наградным «ТТ».

«Подходит ко мне какой-то человек и говорит: «Такие как вы, офицеры-крымские татары приезжали два месяца назад, требовали объяснить, почему их семьи выслали. А их, человек 200–250, посадили на автобусы, вывезли под Карасубазар и расстреляли под Белой скалой», — вспоминает депортированный ветеран.

За три дня Решат Садреддинов выяснил, что его родные находятся в Узбекистане, в городе Бекабад. Приехав туда, он нашел их в землянках, голодных и больных.

«Народ жил в ужасных условиях. Крымских татар поселили в землянки, а пленных немцев перевели в лучшие условия. В тех землянках до этого держали пленных немцев. Пленных перевели в лучшие условия, а вместо них разместили прибывших крымских татар. Среди местных узбеков была проведена большая пропагандистская работа. Их уверяли, что к ним везут предателей, с ними надо обращаться как с врагами народа. Каждый день умирало много людей», — вспоминает фронтовик.

Почти 25 лет назад Решат Садреддинов вместе с семьей вернулся в Крым, много лет является заместителем председателя Бахчисарайского совета ветеранов войны. В его семье трое детей, пять внуков и десять правнуков.

Недавно 93-летний ветеран поставил свою подпись под письмом ветеранов-крымских татар к президенту России Путину с просьбой возобновить вещание единственного крымскотатарского телеканала ATR. «Мы не знаем, как объяснить своим внукам, почему они больше не могут смотреть программы на крымскотатарском языке», — в частности, написали ветераны-крымские татары.