Некомпетентность и коррупция мешают борьбе с религиозным экстремизмом в Украине

Некомпетентность и коррупция мешают борьбе с религиозным экстремизмом в Украине
06.05.2021
Оцените статью: 
(1 оценка)
Гость
Аватар пользователя Гость

В 2020 году СБУ запретила въезд на территорию Украины 664 иностранцам, причастных, по заявлению спецслужб, к деятельности международных террористических организаций или радикальных религиозных групп. 79 человек принудительно возвращены в страны проживания, были разоблачены 14 групп, занимавшихся противоправной легализацией иностранцев в Украине. Украинские суды вынесли 39 приговоров за террористическую деятельность, большинство из которых — пророссийским боевикам. Цифры впечатляют! Но отражают ли они реальное состояние безопасности общества и государства, уровень защиты от террористических угроз? Важно выяснить, кого на самом деле задерживают правоохранители, как и почему эти люди попадают в фокус внимания спецслужб Украины, эффективна ли борьба с террористической деятельностью, обусловленной религиозным фактором?

Информацию о задержании лиц, связанных с международной террористической деятельностью на религиозной почве, украинские правоохранители, прежде всего СБУ, предоставляют систематически. Буквально недавно, 11 февраля 2021 года, Служба безопасности Украины разоблачила на Киевщине ячейку международной террористической организации «Исламское государство». Сообщают, что «участники организации подделывали паспорта граждан Украины и РФ и осуществляли легализацию на территории нашей страны выходцев из стран Ближнего Востока и Центральной Азии». По версии следствия, часть задержанных являются боевиками «ИД». Проведено 9 обысков по адресам, где проживали и скрывались фигуранты дела.

15 октября минувшего года СМИ сообщили, что сотрудники СБУ задержали в Одессе члена международной террористической организации «Исламское государство», который находился в международном розыске. Перед тем, 9 сентября, СБУ отчиталась о задержании в Киеве иностранца, подозреваемого в террористической деятельности. Из сопроводительной информации известно, что задержанный является одним из руководителей «ИГИЛ» и был приближен к исполнителям теракта в международном аэропорту Стамбула в 2016 году, участвовал в военных действиях на территории Сирии и Ирака.

О еще большем успехе отчитались в ноябре 2019-го. Тогда в результате совместной спецоперации СБУ с МВД Грузии и Центральным разведуправлением США в Киевской области задержали одного из основных руководителей «Исламского государства» - Аль-Бара Шишани. Впоследствии его депортировали в Грузию.

Принимая во внимание систематические, по крайней мере последние 5 лет, сообщения о разоблачении экстремистов, можно было бы говорить о качественных изменениях в работе спецслужб в борьбе с терроризмом на религиозной почве, совершенствовании системы защиты государства и общества, налаживании эффективных форм борьбы с возникающими угрозами. Однако, анализируя факты, мы находим информацию, ставящую под сомнение не только эффективность работы, но и саму систему организации защиты государства и общества от внешних и внутренних террористических угроз.

Такой пример. В сообщении о задержании 9 сентября в Киеве подозреваемого в террористической деятельности сказано: «В 2018-м террорист по поддельным документам прибыл на территорию Украины, создал преступную группу и осуществлял координацию организаций „Исламского государства“ за рубежом». То есть, получается, что два года (2018–2020) опасный террорист жил, не скрываясь, в пригороде столицы, свободно передвигался по территории страны, руководил бандой и координировал деятельность международных террористических организаций (групп) за рубежом. И, что интересно, обстоятельства жизни обнаруженных перед тем в Украине боевиков очень похожи.

Сделав даже неглубокий мониторинг материалов СБУ в СМИ за несколько лет, можем вместе насчитать десятки таких случаев. И почти во всех случаях имеются общие признаки: в Украину подозреваемые заехали по поддельным документам, без помех; террористы долгое время жили на территории нашей страны почти без мер конспирации, часто вели активную деятельность, к тому же связанную с бандитизмом и преступностью. Не очень похоже на эффективную работу спецслужб, правда?

Конечно, такую ​​ситуацию можно списать на высокий террористический уровень, профессионализм преступников, а также на недостаток кадров и времени у разведчиков, можно оправдать это войной и террористическими угрозами со стороны России. Возможно, все так, но дальнейшее рассмотрение имеющейся информации дает основания свидетельствовать о более серьезных и системных проблемах в функционировании системы безопасности.

Работа спецслужбы по выявлению и предотвращению угроз, прежде всего террористических, заключается в определении самых угроз: террористов, их идеологии, организаций. Затем проводятся оперативные мероприятия: наблюдение, агентурная работа, вербовка, помогающие найти определенную информацию, узнать о намерениях и планах злоумышленников. И уже потом проводят самую операцию для обезвреживания врага или предотвращения преступления. А что у нас?

Борьба с терроризмом, в частности с терроризмом на религиозной почве (в нашем случае преступникам или подозреваемым вменяют использование исламских лозунгов и позиционирование себя мусульманами), приобрела в Украине неоднозначные формы. С одной стороны, есть настоящие задержанные террористы, опасные преступники. Правда, случаи их выявления являются единичными. Организованных лагерей или баз исламских террористов в Украине нет: для этого нет соответствующей социальной и религиозной среды, политических условий и т. д. По крайней мере об этом свидетельствовал бывший глава СБУ Василий Грицак. Поэтому заявлять об огромном интересе террористов к Украине нельзя. Скорее территория нашей страны является транзитной площадкой для террористов-одиночек.

Также отметим, что, согласно открытым данным, трое из четырех, то есть 75% подозреваемых в террористической деятельности, пограничники и СБУ задерживают при пересечении ими государственной границы Украины. Этих подозреваемых задерживают по информации иностранных спецслужб. А вот экстремисты, оказывающиеся в Украине, каким образом проходят пограничный контроль и дальше без особых препятствий поселяются у нас с вами под боком, как обычные люди.

Кто подпадает под признаки «исламского террориста», существует ли база таких организаций? Из документов известно, что террористическими организациями в Украине официально считают две структуры: «ДНР» и «ЛНР». Но по сообщениям правоохранителей становится понятным, что к террористам причисляют и представителей «Исламского государства. Эта организация официально признана террористической СБ ООН, странами ЕС и многими странами мира. Других задержанных часто называют просто «исламистами», а названия групп или движений, к которым они относятся, не обнародуют — это может вызывать подозрения относительно реальной принадлежности задержанных к террористам.

Иногда в документах СБУ упоминаются такие организации, как «Фронт ан-Нусра», «ХТШ», «Хезболла» и «Братья-мусульмане» — парадоксальная ситуация, ведь эти организации официально не признаны террористическими в Украине. Правда, за границей, в Европе и США, некоторые из них считаются террористическими. И здесь возникает проблема, связанная с отсутствием единого согласованного списка террористических организаций. Те же «Братья-мусульмане» не считаются террористической организацией в странах Европы или США, однако они запрещены в РФ.

Очевидно, что спецслужбы иногда «импровизируют», манипулируя названиями и характеристиками. Это свидетельствует о кардинальных проблемах функционирования: нехватке соответствующих специалистов, отсутствии качественной экспертно-научной базы, плохой координации работы с исламскими центрами и организациями в Украине. Результатом является снижение эффективности работы, очковтирательство, ошибки и манипуляции. Также это может свидетельствовать о ситуативных альянсах правоохранителей с ангажированными группами влияния, например, с представителями иностранных государств, бизнес-структурами, научными и экспертными кругами, обслуживающими определенные стороны или продвигающими собственные интересы.

В связи с этим возникает проблема, связанная с формированием экспертного круга и подбором информации, которая представляется и может использоваться как экспертная. Украинский ученый-религиовед, директор Центра исламоведения НУ «Острожская академия» Михаил Якубович описал ее в статье «Держбезпекове» ісламознавство. Як українська наука залишається в полоні чужої міфотворчості». Внедрение некоторых сомнительных, прежде всего российских, нарративов в научный дискурс, формирование необъективной картины жизни исламских общин в Украине, предвзятость и непрофессионализм — главные составляющие этой проблемы.

Яркий пример такого влияния — деятельность одного из украинских аналитических центров, претендующего на формирование повестки дня в области безопасности для правоохранительных структур Украины, Министерства иностранных дел и правительственных структур. Именно об особенностях функционирования центра международных отношений «Мир и безопасность» 10 марта 2021 года в издании Верховной Рады Украины «Голос Украины» вышла статья «Не дать Кремлю избежать ответственности за оккупацию Крыма». В материале на примере киевского центра международных отношений «Мир и безопасность», возглавляемого Хусамеддином аль-Халавани, раскрывается механизм создания комплексов информации, содержащей ложные сообщения, фейки, формирование и распространение информационной грязи, которые представляют как качественный аналитический продукт. Более того, оказывается, что часть материалов формируется в русле российской информационной кампании против Украины. Возможно, консультациями экспертов этого центра пользовались и сотрудники Полтавского СБУ, которые в мае 2020-го обвинили в противоправной деятельности мужчину и месяц удерживали его в СИЗО. Ему вменяли в вину принадлежность к организации «Братья-мусульмане». В Украине лишь Центр международных отношений «Мир и безопасность» относит эту организацию к террористическим, хотя украинские исламоведы, широкая научно-экспертная среда так не считают. Не считают и такие международные организации, как ООН и ЕС. Кстати, полтавский суд также не увидел криминального следа во всех подозрениях СБУ, отпустив несчастного на волю без обвинений, однако СБУ до сих пор не дало ответа относительно этого случая.

Надо отметить, что научно-аналитическую деятельность, подобную работе специалистов центра международных отношений «Мир и безопасность», ведут также другие украинские ученые и эксперты, но это — тема для другого исследования.

Еще одна неприглядная сторона работы украинских спецслужб — нарушение прав человека. В отчете «Служба безопасности Украины и права человека», подготовленном директором Харьковской правозащитной группы Евгением Захаровым, указано: «Особую тревогу вызывает отношение СБУ и других государственных органов к выходцам из стран СНГ, в частности России, принимавшим участие в Революции достоинства, военных действиях на Востоке в украинских добровольческих батальонах или помогавших украинским военным частям как волонтеры». Подтверждаются факты зачисления таких людей в категорию «террорист». Резонансным и показательным здесь стало дело ингуша Тимура Тумгоева, бывшего добровольцем в одном из украинских добробатов, которого СБУ и Генпрокуратура Украины выдали российским спецслужбам. Кстати, факта террористической деятельности или принадлежности к террористической международной организации ФСБ не предоставляла. Но известно, что Тумгоев принадлежал к оппозиционной политической группе на Северном Кавказе, за что его и разыскивала Россия.

Украинский журналист Анвар Деркач приводит факты депортации за последние годы десятков человек под предлогом «экстремизма». Подавляющее большинство из них жило на территории Украины в течение последних 10–15 лет, они не имели проблем с законом и не имели отношения к террористическим организациям. Возможно, эти задержания и депортации проводятся для повышения показателей борьбы с «исламским терроризмом», а возможно, там существует и коррупционная составляющая.

Коррупционную составляющую можно заметить и там, где рядом со словами о «террористах», «трансгосударственных коридорах», «экстремистской деятельности» фигурирует финансовая и бизнес-деятельность подозреваемых в терроризме. Можно вспомнить об «операциях» в 2019 году в Днепре и в 2020 году в Полтаве. Так, в Днепре следователи и оперативники СБУ пытались разоблачить канал поставки и перевозки террористов различных организаций через одну из образовательных фирм. Однако после вмешательства правозащитников все обвинения и схемы оказались плохо оформленными «фантазиями» следователей днепровского СБУ. В Полтаве в терроризме обвинили владельца рекрутинговой фирмы. 16 марта этого года Служба безопасности Украины разоблачила в Киеве организованную группу выходцев из Сирии, занимавшуюся незаконными валютными переводами. Транзакции, по информации СБУ, проводились в обход банков, в рамках так называемой системы хавала, в том числе в интересах международных террористических группировок. Результатом этих операций стало прекращение или усложнение деятельности указанных учреждений, выемка финансов и ущерб репутации лиц и организаций. Однако доказательств террористической деятельности в приведенных случаях так и не было.

Характерной чертой антитеррористических операций, связанных с исламским фактором, является почти полное отсутствие судебных приговоров. Дела просто не доводят до суда, а большинство задержанных просто высылают из Украины.

Подытоживая, можно констатировать, что реальной защитой безопасности государства и общества занята только часть разведчиков, аналитиков, оперативников и следователей. Остальные имитируют деятельность или занимаются очковтирательством, а то и явным вредительством. Часто борьба с терроризмом касается бизнес-деятельности и приобретает коррупционные черты. Задействуются сотни сотрудников, привлекаются немалые деньги и средства, тратится большое количество времени. Возможно, на бумаге все нормально, но реальный результат — неудовлетворительное состояние безопасности и потенциальные террористические угрозы.

Другой аспект этой проблемы связан с еще более опасной ситуацией: гибридная война с Украиной, в частности в идеологической, информационной, религиозной сферах, по словам главы Службы внешней разведки Украины Валерия Кондратюка, идет полным ходом. Ведет ее Россия. Ее цель — разрушить наше государство, подорвать основы единства, расколоть общество на враждебные части, посеять раздор, хаос и страх, в том числе на религиозной почве. Методы и средства гибридной войны сложны и мощны. Поэтому борьба с экстремизмом и терроризмом наших спецслужб может приобретать искаженные формы, особенно если эта деятельность происходит в продиктованных врагом пределах и определяется российским идеологическим дискурсом.

Павел Федосов

Войдите или зарегистрируйтесь, чтобы отправлять комментарии
Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl + Enter, чтобы сообщить об этом редакции.